О   П Е Р С О Н А Ж Е

---

Ибо ты мир, в небесах вновь творящая,
Осыпаешь землю золотом
В горах восточных госпожа воссиявшая,
В утесах западных покой нашедшая.
Амбивалентная богиня. Великая мать. Гневная мать богов. Золотая богиня любви. Иарет. Солнечная кобра.
Коронованная Сириусом.
У неё было так много имём и много ипостасей, её история тесно переплетается с выходом всего сущего из Предвечного божества.
Бирюзовая кожа с лазуритовыми волосами, ведающая всеми тайнами сердец женских и мужских.
Нехех - бесконечность. Бесконечное возвращение и возрождение, возвращение и пробуждение.
Дочь Ра, жена Ра, мать Ра - слишком текучая и неразделимая с самим существованием жизни.
Ренебет - ещё один год благой жизни.
Великая супруга царская - мать всех фараонов, жена великого Гора.
Золотая богиня любви, сладостная и благословенная, любимая всеми, перед которой трепетали и которой поклонялись, взывая к её помощи и защите. И она защищала, она была одной из тех, кто встречал на Западном берегу души смертных, помогая преодолеть непростую дорогу до Суда Осириса.
Хатхор любили даже тогда, когда богов уже почти забыли, но в эпоху, когда Египет переживал наибольший подъем, её святилища ломились от подношений. И богиня была среди смертных чаще, чем кто либо другой. Она их слышала, слушала и помогала, оберегая и унимая сердечную боль.
Век, когда царствовали Гор и Хатхор, был для людей Золотым.
Хатхор чествовали египтяне, греки, а потом и римляне не гнушались молиться Золотой богине и продолжать строительство её храма в Дендре. Богиня скучала.
В Темные века она была не в чести - новая вера только говорила о любви, но вместо этого жгла на кострах. Но некоторым всё же везло.
Боги то спали, то скучали, то вспоминали былое, то жили среди людей, чтобы хоть как-то их понять. Египет был сметён со всей его историей в несколько тысячелетий - Египет был слишком податливым и готовым принять любого, слишком обленился душой.
А потом богиня совсем пропала с радаров, исчезла из жизни богов. Осталась, говорят, в жизнях людей, но они в это сами не верят. В мире почти не осталось любви, но Золотая богиня жила всё это время среди смертных как смертная, пока зов людей, жрецов и богов не стал достаточно сильным, чтобы у неё не заныло сердце, чтобы не распахнулись глаза.
И зажглись лампады у алтаря Хатхор, хотя сама богиня ещё нескоро ступила под сень своего храма. Снова стал виден Млечный путь.

О Б Е Щ А Н И Я

---

Я буду просто любоваться со стороны и отсыпать очень много неприятных комментариев в сторону вашего супруга, милочка)
Или бросайте этого неудачника, любовь не должна доставаться кому-то одному, особенно тому, кто раз за разом терял жену.
Я хочу немного поиграться с потерянной короной Хатхор и Звездой Сириуса. Полагаю, в какой-то момент игра в поддавки со смертными привела нас к войне и трагедии, которая и отправила нас всех в Средние века, оставив у разбитого корыта. Тогда же я предлагаю запечатать Звездой Сириуса Дуат, чтобы оттуда ничего не вырвалось, для Хатхор такая жертва не могла пройти бесследно.

С В Я З Ь   С   В А М И

---

Пожелания на игру: давайте без ИИ, лапслока и первого лица, пожалуйста) Очень и очень приветствую, даже требую и настаиваю на желании возиться с нюансами мифологии и обыгрывать их. Посты хотелось бы раз в неделю-две.
Связь: гостевая
Права на персонажа: в случае возникновения конфликтов, недопониманий и т.д.  персонаж остается у заказчика и будет возвращен в акции

пост заказчика

В копошении людей под окном просматривался какой-то облезлый хаотичный рисунок, от которого у Сета кривилось лицо. Яркая афиша, кричавшая на него с каждого вонючего автобуса, заманивала на новую выставку, щеголявшую фараонским золотом и вечными тайнами, которые любили рассыпать щедрым слоем песка вокруг всего, что касалось Древнего Египта.
Стоило ли почтить этих зевак своим вниманием? В какой-то степени это было смешно, в основном — унизительно, потому что те крупицы поклонения и силы, которые получалось перехватить от пары-тройки зевак, были лучше, чем ничего. Приходилось довольствоваться объедками, откладывая каждую крупицу, как воду во время засухи.
Зато воды было столько, сколько раньше возносилось молитв.
Плакаты сделали своё дело через неделю, когда уже оставались считанные часы до торжественного открытия выставки, привезённой аж из самой Франции из частных коллекций. Заголовки были громкими, нос у Сфинкса до сих пор не восстановился после общения с этими дивными людьми.
— Восхитительно! — девушка на ресепшен совершенно точно восприняла восклицание щёголя в черных очках, которые тот не стал снимать даже в помещении, неправильно, отвечая на откровенное издевательство улыбкой.
— Простите, сэр, а ваше имя есть в списках? — бумага, — какая отвратительная и архаичная идея, — шелестела в длинных пальцах с затейливым дизайнерским маникюром.
— Не утруждайтесь, — Сет не собирался утруждаться, небрежно махнув рукой; бумаги разлетелись под сквозняком от кондиционера. Не заботясь о том, чем закончится поиск его имени, — он даже не помнил, какое именно назвал, — его там всё равно не было.

Внутри, конечно, было красиво — блестело, сверкало и переливалось, как шампанское из бутылок в высокие тонкие бокалы. Голые женские спины, головокружительные разрезы и вырезы — глаз радовался подобной картине, а радость продлевала жизнь, отгоняя саму Смерть. Музыка подкрепляла результат, но совершенно не сочеталась своей современностью с тем, что пытались преподнести как нечто совершенно уникальное, впервые представляемое на всеобщее обозрение, до этого сокрытое в частных коллекциях.
Пергаменты лежали в длинных подсвеченных стеклянных витринах, рядом с ними аккуратные золоченые таблички, рассказывающие удивительные истории об этих уникальных экспонатах.
Особый интерес у посетителей вызывали расписанные иероглифами саркофаги; один из них был кокетливо приоткрыт, демонстрируя оскал мумии мужчины, чьи зубы сохранились лучше, чем здравый смысл в головах людей. Лента защитных заклинаний, наглядная инструкция для души о том, что ждёт её в Загробном мире, какие слова говорить Привратникам, что стоит ответить Анубису и как спастись от демонов, алчущих свежей мертвечины, вилась по дереву внешнего саркофага. В гробнице должна была быть пересказана история жизни фараона, должен был быть прослежен весь путь, тянущийся к отцу всех царей — к Гору, но в этот раз пернатого племянника забыли. Сет хмыкнул, ненадолго приподнимая тёмное стекло очков над переносицей и вглядываясь в иероглифы.
— И правда восхитительно! — настолько, что он начинал скалиться от понимания масштаба аферы, которая развернулась перед ним; золото царей древности оказалось на поверку позолотой. В лучшем случае.
Теперь можно было расслабиться и развлекаться. Откуда-то потянуло концентрированным любопытством, с которым чужеземцы въезжали в Мемфис в своё время, дивясь и удивляясь. А за ним тянулось то ощущение скуки, которое Сет любил — оно рушило и создавало города, отправляло к Предвечному богу всех, кто мнил себя всесильным, сменяло власть, как перчатки, переворачивало века страницами ветхой книги. Так скучали только боги, вынужденные пережить собственный закат и стать от этого веселее, злее и опаснее в своей непредсказуемости, с которой они добывали себе заново силу и свободу.
Свободными остались только люди, поднявшие восстание против тех, кто их защищал и опекал столько веков, сочли всё за какую-то детскую игру и... проклятье, они правда выиграли. Сет тогда смеялся как полоумный, когда всё летело даже не в Дуат, мимо него, но так весело полыхало, что сложно было злиться. Можно было только удивляться тому, насколько они оказались придурками, позволив вырвать у себя власть. А он всегда говорил, что эти панибратские отношения со смертными, в которые играли Осирис с Гором, не приведут ни к чему хорошему. Слушать, разумеется, его никто не желал до тех пор, пока не затопило воды подземного Нила, пока не вышла вода из берегов, пока Дуат не рухнул в Средневековье, смешав крысиный помёт с истовой верой в какого-то выскочку. Молодёжи все дороги открыты.
Иероглифы весело скакали в каком-то одном художнику известном порядке; Сет вгляделся — даже на похабные шуточки не расстарались, а могли бы. Но обыватель и это жрал, им было всё равно — что-то похожее есть, атмосфера соблюдена, шампанское льётся рекой. Разве нужно им что-то ещё? Пара баек про грабителей, проклятья, которые непременно настигли археологов, пробравшихся через очередной потайной ход в гробницу, про рассыпавшиеся цветы, которые лежали на саркофаге — всё это уже давно обсосал кинематограф, задурив головы и оставив вместо горькой пилюли только разноцветную обёртку.
— Будет неловко, — стоя рядом с вертлявым блондином, от которого тянуло как раз той самой скукой, которую срочно нужно было развеять. — Если пожарная система здесь плохая. Столько ценностей.

О   П Е Р С О Н А Ж Е

---

Ice vs Flame
в сезоне 2023 года Формулы-1 ты стал моим напарником. Некоторые поговаривают, что Феррари набрали команду калек. В 2018 ты попал в серьезную аварию на трасе, твой болид тогда разорвало на куски, ты потерял место в команде, и все думали, что твоя карьера окончена. Но после долгого восстановления тебе дали второй шанс. Весной 2021 года на меня было совершено покушение - в меня стреляли, но я чудом выжил. Вот только мое восстановление длилось в лучшем случае около месяца, и то больше для галочки. Потому что вампиры быстро встают на ноги, но ты естественно же не знаешь об этом. Исходя из этого многие поговаривают, что Феррари не на тех поставили - бывший чемпион и бывшая восходящая звезда, ну такой себе тандем. Да, теперь мы делим одни боксы. И мы... не то чтобы ладим. Ты скрываешь свой страх перед трассой за маской самоуверенности, я кажусь тебе слишком закрытым и отстраненным. Мы искрим, цепляемся друг за друга в интервью, и наша притирка идет со скрипом. Это явно не то, чего от нас ожидали Феррари, но мы стараемся, пытаемся, потому что каждый понимает, что эта команда для нас может стать последней. Не каждый готов взять травмированного гонщика.
А еще ты уверен, что от тебя все без ума. Настолько, что (как я, возможно, узнаю позже) ты заключил с другом пари (скорее всего это кто-то из гонщиков другой команды с которым ты дружишь), что сможешь влюбить меня в себя до конца сезона. Ты начинаешь свою игру, включая все свое обаяние, и это дико сбивает с толку. И все бы ничего, но помимо этого у нас есть еще и другая проблема. Очередной гоночный уик-энд летит в бездну. Мерседесы снова занимают почти весь подиум, издевательски сверкая серебром, а мы с тобой, две надежды великой Скудерии, притаскиваем свои красные машины в самый хвост первой десятки. Вечером того же дня, заливая горечь поражения в баре и впервые сойдясь в общем раздражении на наших стратегов, мы решаем, что инженерная мысль тут бессильна и нужна магия. Буквально. По приколу, и будучи  изрядно пьяными, мы находим местную гадалку, кто ж знал, что она окажется настоящей ведьмой, и просим ее "наколдовать" нам успех в Феррари на трассе. Однако, не все так просто. Магия дала сбой, так как я не был до конца честен. Я не сказал ведьме о своей настоящей сущности, и заклинание, наткнувшись на мою нечеловеческую природу, сработало криво. На утро мы проснулись с дикой головной болью и невидимой нитью, что нас буквально связала. Стоит нам разойтись на расстояние больше [тут нам надо наверное обсудить километраж х)], как нам обоим становится физически плохо, вплоть до удушья, адской боли и реальной угрозы для жизни.
Как теперь гоняться?! Как отреагирует Хью, когда вскроется правда с пари? Что скажет Марк, когда задаст вопрос "И давно тебе 17?", а Хью ответит "уже да" (хотя на самом деле нет х)
В общем, накрутить можно всякого, можно внести свои коррективы. Марк собственно вообще чистый лист, я только набросал то, что хотел бы провернуть с этими двумя. Так что очень хочется, чтобы Эклер нашелся х) буду любить, холить и лелеять

О Б Е Щ А Н И Я

---

и так если мы сконектимся, а этого очень бы хотелось, то мы с тобой сыграем что-то типа "ты меня бесишь, но я не хочу умирать" до "я выиграл это дурацкое пари, но проиграл свое сердце". мне кажется это описывает лучше всего то, что между ними будет.
я почти каждый день на форуме, но честно не пишу посты каждый. и бывает даже, что не каждую неделю. реал, настроение бывают выбивают из постовой колеи. умею немного в графику, и делать красивые темы для эпизодов, не люблю первые посты, но вдруг их любишь ты х)
если будешь заглядывать во флуд и иногда активничать в ивентах форума, то обещаю на руках носить, можно  и на шею сесть тогда х)

С В Я З Ь   С   В А М И

---

Пожелания на игру: тебе не обязательно разбираться от и до в F1, но хоть что-то знать ты обязан х) я честно выпал из формулы уже наверное как пару лет, поэтому если ты действующий фанат с радостью послушаю, что там в F1 творится. если нет, то расскажу, что знаю я. а вообще мы ж тут не реальный реал отыгрываем, так что полет фантазии в рамках разумного разрешен. пишу от 3 лица, от тебя приму любое. очень бы хотелось видеть заглавные буковки и птицу-тройку, но тут не сильно прям принципиально, играл с разными людьми, так что адаптируюсь, если что.
Связь: гостевая, лс, потом могу дать тг
Права на персонажа: в случае возникновения конфликтов, недопониманий и т.д.  персонаж остается у заказчика и будет возвращен в акции/передан другому игроку

пост заказчика

Слова,  что так легко сорвались  с губ напарника  застают  врасплох  самого  Хью.  Но  по размеренному  сердцебиению  парня,  Эллингтон  понимает,  что  это не более, чем дурацкая шутка. Ну, а что можно было еще ответить ему, тем более раз он сам  начал. Хотя можно было вообще пропустить мимо ушей, и не акцентировать на этом внимание. Но,  что сделано, что  сделано. Хьюи изгибает удивленно бровь, а  потом все  же отвечает. — Здесь   нет камер, ты бы зря потратил этот поцелуй. Прибереги его для другого времени. — и он  подмигивает. Ну, раз уж пошел разговор в таком русле, то почему бы его не поддержать для  того, чтобы выглядеть нормально. Если это считается таковым, хотя понятие нормы в жизни Эллингтона  было относительно. По поводу того, что интервьюеры любили мучить вопросами именно Хьюи,  это было  правдой,  и он любил это внимание к себе, к своему болиду, тактике,  всему тому, что касалось   гонки. Но стоило кому-то затронуть аспекты его  личной жизни, и в особенности нападение на него,  как он тут же замыкался в себе еще больше, чем то было. Эллингтон совершенно не любил говорить на эту  тему. Если ранее он делился тем, что было в его жизни помимо гонок, то теперь... это  было   под  запретом. Его личным запретом. — Всегда рад стараться... — быстро кидает,  и  делает несколько глотков кофе, для видимости больших, на самом деле еле пригубил.       
Далее слова Марка, словно открытие для Хью. На самом деле же нет. Понимает он прекрасно, что во время гонок они как на ладони, и за ними чуть ли не по пятам ходят фотографы, корреспонденты и прочие. Но тут то, на их территории, им это необязательно делать. Или же надо как-то себя готовить, репетировать, чтобы в итоге на людях было куда правдоподобнее. Возможно. Тяжело конечно с этим. С ним самим тяжело. — Я тебя понял. Взаимность. К ней нам придется прийти. Хью придется из себя строить хорошего напарника хочет он этого или нет, потому что выслушивать лекции от Саманты не хотелось. Да, и если это так нужно команде, то почему бы им этого не дать, лишь бы только отстали и лишний раз не трогали Эллингтона. К тому же Альфред и отец тоже будут этому рады, потому что эти двое далеко от Саманты не ушли, Хью кажется, если бы у них была возможность отчитывать его втроем, то они непременно бы это сделали. Что ж доставлять им такое удовольствие парень не собирается. А вот слова Эрвэ по поводу питания вполне логичны. Он же может делать вид, что иногда уходит с едой в более уединенное место. Но иногда мозолить глаза. Но в целом можно найти выход со всем этим. Наверное и слова Алфи о том, что ему следует немного расслабиться тоже имеют смысл. Гонщик пытается чересчур все контролировать, а это тоже не очень хорошо. Да и все держать под контролем невозможно. Однако, замечание или даже больше совет Марка был внезапным. Хью думал, что парень уже оставил его в покое, и это его неожиданное возвращение. Эрвэ кажется словил его на том, что ему некомфортно находиться в столовой. Не очень это хорошо конечно, но что уже поделать. А еще своей внезапностью он выбил почву из-под ног так сказать. Нельзя так близко находится к людям. Хью неплохо научился себя контролировать, да и к тому же он был сыт. Но пульсирующая венка на шее, ритм сердца, что качает по телу кровь. В тот момент это было слишком громко, и если бы только Хьюи по какой-то причине не выпил крови накануне, то такая близость могла закончится плачевно. Плачевно для Эрвэ. Да и собственно для самого Эллингтона. Расслабиться...нужно расслабиться... мысленно дает себе установку гонщик.
Хью еще какое-то время сидит за столом, крутит перстень на пальце. Его ему вручил Альфред со словами, что это облегчит жизнь Эллингтона. Конечно, если бы он не смог выходить днем, то на его карьере можно было бы ставить крест. Вряд ли бы ему позволили участвовать только в ночных гонках, да и возникло бы уйму вопросов. Парень смотрит на серебряное украшение и думает о том, как в такой маленькой вещице может заключаться такая мощь. И как это вообще работает. Для Хьюи это до сих пор загадка, мотает головой и наконец-то встает со своего места, убирает за собой, хотя ранее никогда подобного не делал. Но наверное до этого нет никому дела. Так как есть еще время до интервью, Хью хочет провести его в менее людном месте, поэтому он возвращается к себе, чтобы привести мысли в порядок. Правда оставаясь наедине с собой Эллингтон и вовсе избавляется от всех мыслей, очищение разума или как там это называл Алфи? Он научил его этому, правда концентрации гонщика не всегда хватало надолго и приходилось «очищать» себя по новой. В сознании проносится голос напарника. А его тут не должно быть. Биение сердца. Хью отчетливо его слышит за дверью. Значит Марк стоит рядом с его комнатой. И это не плод его фантазий. А то Хьюи уже начал думать, что дружелюбность распространяется и на его сознание, в котором он привык бывать один. Гонщик не сразу подает признаки своего нахождения здесь, ждет по крайней мере еще парочку стуков в дверь. — Ты помешал моей медитации... — говорит Эллингтон с порога. Можно не здороваться виделись уже сегодня. Тяжелый вздох по сценарию, а после захватив телефон и кинув прощальный взгляд на своего пса Стича, выходит к Марку. — Что ж давай поиграем в друзей. После этого парни спускаются вниз, чтобы вместе пройти к комнате, где обычно собирается пресса, и на них сваливается шквал вопросов. — А что если все внимание будет на твоей стороне? Я готов поделиться одеялом и не тянуть его на себя. Ведь так поступают друзья?.. — с этим вопросом он заходит в так называемый пресс-офис, где только их и ждали. Хью не очень любил это помещение, только потому что приходилось с Марком делить диван. Быть ближе друг к другу. В мерседесе обычно у каждого гонщика было свое кресло. Тут же нет места слову «один», они команда. А значит и рассаживать их по разным углам нет смысла. Раз, два, три...погнали!
Вопросы самые обычные касающиеся гонок — какие ставки на этот гоночный уикенд, какие выводы сделали из гонки в Джидде и все в таком духе. — Хью, Виктор обошел Вас в Джидде. Даже вошел в десятку... — дальше он даже не слушает, он понимает к чему это все ведет. Как обычно. Вопрос, который волнует всех сначала этого года. «Был ли Хью Эллингтон балластом для своей предыдущей команды? Почему Виктор и его новый напарник, показывают результат, которого в последнее время не было у Виктора и Хью...» Наверное, если бы у вампиров все же было сердце, то сейчас бы сердце Хью колотилось с бешеной скоростью. Внешне выглядело все так, будто он обдумывает свой ответ на вопрос. На самом же деле мысленно возвращается к тому моменту, когда на него напали... а после к неудачам, которые были на трассе после того, как он стал вампиром, а после к моменту ухода из команды Мерседес. Так случалось всегда. И кажется Хью был заперт в этой «клетке», пытаться очистить разум в такие моменты у него не выходило. Кажется его молчание подзатянулось. Он переводит взгляд на Эрвэ, тот явно не понимает почему он тормозит. — Спасибо за столь сильное внимание к моему бывшему напарнику и ко мне. — улыбка. — Не думаю, что успешные результаты моей предыдущей команды связаны с моим уходом. На этот год Отто готовил много новинок в плане машин, а так же стратегии на трассе. Скорее всего они более действенные, чем в прошлом году...
-.... — бла-бла-бла, Хью опять слушает вполуха, только цепляясь за концовку: — не чувствуете ли Вы себя использованным в данном случае?... Как обычно вопросы, которые должны вывести на эмоции. Должны, но Хью хладнокровен. — Почему же сразу использованным? Мои ошибки, ошибки команды....они проработаны, сделаны выводы, это дает возможность исправиться. сделать в этом году все иначе... сделать правильно. Я же буду делать правильно уже в команде Ауди. Слишком много внимания Мерседесу, Вы не находите? Да и вы забываете про то, что в команде я не один... — намек на то, что Марк тоже тут. — Боюсь, что мой напарник и друг устал слушать о том какой я классный или нет... — улыбка, и Хью тянет руку к предплечью Эрвэ, кладет свою ладонь на него и чуть сжимает.

О   П Е Р С О Н А Ж Е

---

«приходи, пожалуйста, я просто тебя жду»
* я не нашел ничего лучше, чем назвать тебя Элис. Но имя менябельно, как и фамилию ты вольна придумать сама.
Ты моя ошибка. Я был слишком самоуверен, думая, что могу совладать с желанием испить чужой крови в любой момент. Но твоя кровь была настолько вкусной, что кажется я не смог остановиться. Ну, типа как у Эдварда с Беллой, вот только без этих пробежек по лесу и "лев влюбился в овечку". Между нами нет романтических чувств. Ты просто оказалась в один из вечеров под рукой, когда я был голоден. И не смог бросить тебя умирать. Поэтому пришлось в экстренном порядке тебе вливать свою кровь, чтобы на утро не написали, что около бара был обнаружен труп молодой девушки, которую накануне видели в компании гонщика формулы-1.
Мне думается, что ты могла бы быть журналисткой. Могла бы вести свое расследование насчет покушения на меня в 2021 году, а может быть ты слишком внимательная  и стала подмечать всякое в поведении Эллингтона. И может быть тогда встреча в баре была тобой спланирована? Но кто ж знал, что по итогу мы получим новообращенного вампира? Первое, что ты хочешь сделать после обращения - это заявить, что Хью Эллингтон не тот за кого себя выдает, и вообще он мошенник. Но поверит ли тебе кто-нибудь?
Я почему-то был уверен, что Альфред, тот кто обратил меня, поможет с тобой справиться, решить образовавшуюся проблему. Но нет. Он полностью отошел от этого, потому что я должен сам нести ответственность за свои поступки. Поэтому мне придется быть твоим наставником. И честно, у меня хреново это выходит. При человеческой жизни ты видишься мне жизнерадостной, активной, той что всегда доберется до правды, упрямой. После превращения мало, что меняется, но твой прежний огонек задора и счастья на время тухнет, в этом ты естественно винишь меня. Но со временем мы научимся лучше понимать друг друга, и вырулим в неплохих друзей. Ты как и я не будешь фанатеть от вампирской жизни, смиришься, но все равно найдешь в этом и свои плюсы.

О Б Е Щ А Н И Я

---

на дворе сентябрь, а значит сезон хоа-хоа-хоа объявляется открытым. в общем, я в прошлом любитель Элис Каллен, и мне нравится Эшли Грин, поэтому хотел бы ее видеть здесь. Прекрасный персонаж в саге, так почему бы не дать ей жизнь на улицах Бостона. Собственно, ты можешь слепить из этого персонажа все, что угодно, но давай это сделаем сообща, чтобы всех все устраивало и было комфортно.
я почти каждый день на форуме, но честно не пишу посты каждый. и бывает даже, что не каждую неделю. реал, настроение бывают выбивают из постовой колеи. умею немного в графику, и делать красивые темы для эпизодов, не люблю первые посты, но вдруг их любишь ты х) если будешь заглядывать во флуд и иногда активничать в ивентах форума, то буду этому несказанно рад.

С В Я З Ь   С   В А М И

---

Пожелания на игру: буду рад, если ты помимо меня обзаведешься связями на форуме, и будешь развивать персонажа. Можем поискать тебе "Джаспера", вдруг ты фанат как и я этой парочки. пишу от 3 лица, 3-5к обычный размер моего поста, порой могу и больше, заглавные буковки и птица-тройка у меня в ходу. от тебя: лицо 1 или 3, лапслок или капслок не принципиально, птицу-тройку хотелось бы видеть, но тут не сильно прям принципиально, играл с разными людьми, так что адаптируюсь, если что. размер поста в том же диапазоне, что и мой, можно больше, но если тебя не будут пугать мои ответы поменьше)
Связь: гостевая, лс, потом могу дать тг
Права на персонажа: в случае возникновения конфликтов, недопониманий и т.д.  персонаж остается у заказчика и будет возвращен в акции/передан другому игроку

пост заказчика

Слова,  что так легко сорвались  с губ напарника  застают  врасплох  самого  Хью.  Но  по размеренному  сердцебиению  парня,  Эллингтон  понимает,  что  это не более, чем дурацкая шутка. Ну, а что можно было еще ответить ему, тем более раз он сам  начал. Хотя можно было вообще пропустить мимо ушей, и не акцентировать на этом внимание. Но,  что сделано, что  сделано. Хьюи изгибает удивленно бровь, а  потом все  же отвечает. — Здесь   нет камер, ты бы зря потратил этот поцелуй. Прибереги его для другого времени. — и он  подмигивает. Ну, раз уж пошел разговор в таком русле, то почему бы его не поддержать для  того, чтобы выглядеть нормально. Если это считается таковым, хотя понятие нормы в жизни Эллингтона  было относительно. По поводу того, что интервьюеры любили мучить вопросами именно Хьюи,  это было  правдой,  и он любил это внимание к себе, к своему болиду, тактике,  всему тому, что касалось   гонки. Но стоило кому-то затронуть аспекты его  личной жизни, и в особенности нападение на него,  как он тут же замыкался в себе еще больше, чем то было. Эллингтон совершенно не любил говорить на эту  тему. Если ранее он делился тем, что было в его жизни помимо гонок, то теперь... это  было   под  запретом. Его личным запретом. — Всегда рад стараться... — быстро кидает,  и  делает несколько глотков кофе, для видимости больших, на самом деле еле пригубил.       
Далее слова Марка, словно открытие для Хью. На самом деле же нет. Понимает он прекрасно, что во время гонок они как на ладони, и за ними чуть ли не по пятам ходят фотографы, корреспонденты и прочие. Но тут то, на их территории, им это необязательно делать. Или же надо как-то себя готовить, репетировать, чтобы в итоге на людях было куда правдоподобнее. Возможно. Тяжело конечно с этим. С ним самим тяжело. — Я тебя понял. Взаимность. К ней нам придется прийти. Хью придется из себя строить хорошего напарника хочет он этого или нет, потому что выслушивать лекции от Саманты не хотелось. Да, и если это так нужно команде, то почему бы им этого не дать, лишь бы только отстали и лишний раз не трогали Эллингтона. К тому же Альфред и отец тоже будут этому рады, потому что эти двое далеко от Саманты не ушли, Хью кажется, если бы у них была возможность отчитывать его втроем, то они непременно бы это сделали. Что ж доставлять им такое удовольствие парень не собирается. А вот слова Эрвэ по поводу питания вполне логичны. Он же может делать вид, что иногда уходит с едой в более уединенное место. Но иногда мозолить глаза. Но в целом можно найти выход со всем этим. Наверное и слова Алфи о том, что ему следует немного расслабиться тоже имеют смысл. Гонщик пытается чересчур все контролировать, а это тоже не очень хорошо. Да и все держать под контролем невозможно. Однако, замечание или даже больше совет Марка был внезапным. Хью думал, что парень уже оставил его в покое, и это его неожиданное возвращение. Эрвэ кажется словил его на том, что ему некомфортно находиться в столовой. Не очень это хорошо конечно, но что уже поделать. А еще своей внезапностью он выбил почву из-под ног так сказать. Нельзя так близко находится к людям. Хью неплохо научился себя контролировать, да и к тому же он был сыт. Но пульсирующая венка на шее, ритм сердца, что качает по телу кровь. В тот момент это было слишком громко, и если бы только Хьюи по какой-то причине не выпил крови накануне, то такая близость могла закончится плачевно. Плачевно для Эрвэ. Да и собственно для самого Эллингтона. Расслабиться...нужно расслабиться... мысленно дает себе установку гонщик.
Хью еще какое-то время сидит за столом, крутит перстень на пальце. Его ему вручил Альфред со словами, что это облегчит жизнь Эллингтона. Конечно, если бы он не смог выходить днем, то на его карьере можно было бы ставить крест. Вряд ли бы ему позволили участвовать только в ночных гонках, да и возникло бы уйму вопросов. Парень смотрит на серебряное украшение и думает о том, как в такой маленькой вещице может заключаться такая мощь. И как это вообще работает. Для Хьюи это до сих пор загадка, мотает головой и наконец-то встает со своего места, убирает за собой, хотя ранее никогда подобного не делал. Но наверное до этого нет никому дела. Так как есть еще время до интервью, Хью хочет провести его в менее людном месте, поэтому он возвращается к себе, чтобы привести мысли в порядок. Правда оставаясь наедине с собой Эллингтон и вовсе избавляется от всех мыслей, очищение разума или как там это называл Алфи? Он научил его этому, правда концентрации гонщика не всегда хватало надолго и приходилось «очищать» себя по новой. В сознании проносится голос напарника. А его тут не должно быть. Биение сердца. Хью отчетливо его слышит за дверью. Значит Марк стоит рядом с его комнатой. И это не плод его фантазий. А то Хьюи уже начал думать, что дружелюбность распространяется и на его сознание, в котором он привык бывать один. Гонщик не сразу подает признаки своего нахождения здесь, ждет по крайней мере еще парочку стуков в дверь. — Ты помешал моей медитации... — говорит Эллингтон с порога. Можно не здороваться виделись уже сегодня. Тяжелый вздох по сценарию, а после захватив телефон и кинув прощальный взгляд на своего пса Стича, выходит к Марку. — Что ж давай поиграем в друзей. После этого парни спускаются вниз, чтобы вместе пройти к комнате, где обычно собирается пресса, и на них сваливается шквал вопросов. — А что если все внимание будет на твоей стороне? Я готов поделиться одеялом и не тянуть его на себя. Ведь так поступают друзья?.. — с этим вопросом он заходит в так называемый пресс-офис, где только их и ждали. Хью не очень любил это помещение, только потому что приходилось с Марком делить диван. Быть ближе друг к другу. В мерседесе обычно у каждого гонщика было свое кресло. Тут же нет места слову «один», они команда. А значит и рассаживать их по разным углам нет смысла. Раз, два, три...погнали!
Вопросы самые обычные касающиеся гонок — какие ставки на этот гоночный уикенд, какие выводы сделали из гонки в Джидде и все в таком духе. — Хью, Виктор обошел Вас в Джидде. Даже вошел в десятку... — дальше он даже не слушает, он понимает к чему это все ведет. Как обычно. Вопрос, который волнует всех сначала этого года. «Был ли Хью Эллингтон балластом для своей предыдущей команды? Почему Виктор и его новый напарник, показывают результат, которого в последнее время не было у Виктора и Хью...» Наверное, если бы у вампиров все же было сердце, то сейчас бы сердце Хью колотилось с бешеной скоростью. Внешне выглядело все так, будто он обдумывает свой ответ на вопрос. На самом же деле мысленно возвращается к тому моменту, когда на него напали... а после к неудачам, которые были на трассе после того, как он стал вампиром, а после к моменту ухода из команды Мерседес. Так случалось всегда. И кажется Хью был заперт в этой «клетке», пытаться очистить разум в такие моменты у него не выходило. Кажется его молчание подзатянулось. Он переводит взгляд на Эрвэ, тот явно не понимает почему он тормозит. — Спасибо за столь сильное внимание к моему бывшему напарнику и ко мне. — улыбка. — Не думаю, что успешные результаты моей предыдущей команды связаны с моим уходом. На этот год Отто готовил много новинок в плане машин, а так же стратегии на трассе. Скорее всего они более действенные, чем в прошлом году...
-.... — бла-бла-бла, Хью опять слушает вполуха, только цепляясь за концовку: — не чувствуете ли Вы себя использованным в данном случае?... Как обычно вопросы, которые должны вывести на эмоции. Должны, но Хью хладнокровен. — Почему же сразу использованным? Мои ошибки, ошибки команды....они проработаны, сделаны выводы, это дает возможность исправиться. сделать в этом году все иначе... сделать правильно. Я же буду делать правильно уже в команде Ауди. Слишком много внимания Мерседесу, Вы не находите? Да и вы забываете про то, что в команде я не один... — намек на то, что Марк тоже тут. — Боюсь, что мой напарник и друг устал слушать о том какой я классный или нет... — улыбка, и Хью тянет руку к предплечью Эрвэ, кладет свою ладонь на него и чуть сжимает.