О   П Е Р С О Н А Ж Е

---

[indent]Иногда мы сами строим для себя клетки из чужих и собственных ожиданий, но не всем удается их сломать. Клэр — удалось.
[indent]В юности она видела себя в образе успешной женщины, которая идеально сохраняет баланс между семьей и работой. С некоторыми вещами, такими как брак, она предпочла разобраться поскорее, а вот с работой так легко не вышло. Следующие десять лет она балансировала между готовностью смириться с неудачным браком и погубленными мечтами, и желанием все бросить и начать сначала — что, в итоге, и выбрала. Процесс этот оказался непростым, как бы ни были сложны последние годы брака, они с Фрэнком любили друг друга, но оба были слишком эгоистичны и упрямы, чтобы уступать.
[indent]Их брак окончательно развалился в 2020 году, инициатором развода стала Клэр.
[indent]Женщина хорошо знала, что нет способа залечить раны быстрее, чем поставить себя в условия, в которых не будет ни времени, ни сил на рефлексию. Она сняла небольшую квартирку в центре, и все свободное от работы время посветила старой мечте — начала писать статьи как блогер и независимый журналист. Ее талант, мастерство слова и прямолинейность помогли Клэр быстро найти своего читателя. Она бесстрашно освещала проблемы города, не стеснялась называть вещи своими именами, и, главное, всегда была честна в том, что писала. Предложения о заказных статьях быстро переросли в предложения о работе, но она решила остаться верной себе. Клэр ушла с прошлой работы и теперь полный день работает как журналист-фрилансер, нередко выбирая для статей острые темы, и в процессе журналистских расследований находя приключения на свою голову.
[indent]С бывшим мужем она поддерживает теплые отношения, хотя для этого потребовалось немало усилий с обеих сторон. В силу профессии, Фрэнк недолюбливает журналистов, но выбор Клэр старается уважать. Он по-своему дорожит ею и всегда готов прийти на помощь, что не мешает бывшим супругам время от времени конфликтовать на фоне отличающихся точек зрения.

[indent]От себя добавлю, что персонаж отчасти вдохновлен древними сериалами о журналистах - The Hour (2011-2012) и британским State of Play (2003). Мне кажется, женщина такой профессии сможет отлично раскрыться в сеттинге форума, потому что тут всегда есть место загадкам и расследованиям, настоящий шведский стол для журналиста.

О Б Е Щ А Н И Я

---

Абсолютно точно не оставлю без игры. Из-за тесной связи в прошлом можно отыграть много всего и я всеяден в жанрах, но особенно симпатизирую детективам, триллерам и играм, позволяющим немного развивать персонажей в процессе. Всегда смогу помочь с идеями, подсказать и направить, а если нужно, и какого-нибудь НПС отыграть.
Для меня важно, чтобы Клэр не была просто пунктом в биографии Фрэнка, хочется, чтобы она развивалась как персонаж и нашла в Бостоне свой собственный, интересный путь, каким бы замысловатым он ни был.

С В Я З Ь   С   В А М И

---

Пожелания на игру: хотелось бы видеть относительно активного человека, способного писать хотя бы один пост в неделю для одной игры. Грамотность вещь приятная, но я в этом плане не душнила, сильнее всего ценю в соигроках гибкость и фантазию. Размеры постов у меня варьируются в зависимости от сюжета, в среднем это 5к, предпочтительно от третьего лица, строго не терплю лапслок — хотелось бы, чтобы в этом плане мы совпадали.
Связь: гостевая и ЛС
Права на персонажа: в случае возникновения конфликтов, недопониманий и т.д. персонаж остается у заказчика и будет возвращен в акции/передан другому игроку, но если просто не сыграемся, спокойно отпущу персонажа на волю, оставляя за собой право упоминать персонажа в постах

пост заказчика

[indent]Наполированный полицейский "форд-эксплорер" резко свернул с шоссе и затормозил, поднимая клубы пыли, рассекаемые светом мигалок. По сравнению с собственным "фордом", эта машина ощущалась как новобранец против детектива накануне выхода на пенсию. Жизнь то и дело подкидывала этой машине новые приключения, но она все еще умела совершать сумасшедшие маневры, не боялась перестрелок и вообще, казалось, страшно гордилась собой.
[indent]Фрэнк оценил участников вечеринки поверх приборной панели и вышел из машины, держа пистолет наготове. Получилось слишком быстро, так что частички песка коснулись лица, заставляя детектива поморщиться.
[indent]Трой Бишоп подскочил с крыльца, едва не выпрыгнув из штанов.
[indent]— Диспетчер, у нас тут гражданский арест, код четыре, — голос по ту сторону машины звучал серьезно. — Запрашиваю подкрепление.
[indent]Молли Андерсон, офицер первого года службы, очень старалась выглядеть профессионально. Ее курчавые рыжие волосы, туго стянутые на затылке, тоже покрывались песчинками, пока она сосредоточено смотрела перед собой, сжимая в одной руке пистолет, в другой — рацию. Это должен был быть ее арест и ее звездный час, и Фрэнк был не против уступить ей это задержание, но планы в этой работе редко шли как надо.
[indent]Фрэнк одарил задержанного тяжелым взглядом, какой и положено иметь тому, кто мечтал сегодня уйти с работы пораньше. Затем кивнул Андерсон и зашагал ко второму парню, все еще держа руку на кобуре. Незнакомец выглядел потрепанно, но не опасно. Обстановка была куда занимательнее.
[indent]— Детектив Фрэнк Нолан. Это вы его задержали? — у него было куда больше вопросов, которые он ограничил простым признанием: — Мне прям не терпится узнать все подробности. Сэр.
[indent]Вымученная вежливость сдала его с потрохами, с этим делом хотелось закончить побыстрее. Он бросил взгляд на Андерсон: офицер, краснея от натуги, пыталась усадить Бишопа в машину. Тот не то чтобы упирался, скорее раздражал своей жизнерадостностью золотого ретривера, откусившего лицо хозяину и не понимающего, почему его везут усыплять.
[indent]— Господин полицейский! Эти огни, они все для меня, не так ли?! — он засмеялся, гаденько так, как умели делать только сумасшедшие. — Мы устроим крестный ход!
[indent]— Да, да, полезайте в машину, епископ, пригните голову, — Андерсон знала, что за ней наблюдают и очень старалась вести себя так, как в ее представлении должен был вести себя крутой коп.

[indent]Правда до крутого копа ей было как от Бостона до Голуэя, города ее предков. У Фрэнка-то особо не было выбора, он был обречен на эту работу, как то случалось с детективами регулярно. Время от времени ты просто был обязан вспомнить каково это, работать на улицах. Чаще всего детективы проходили это испытание без каких-либо сложностей, в его случае все начиналось также. Накануне они ездили по всему Бостону в поисках правонарушений, Молли была за рулем, что, как он надеялся, заставит ее меньше болтать. Но водитель из нее был отличный, а вот офицер... Надо было признать, она раздражала его так сильно только потому, что напоминала его самого в первый год.
[indent]Ей понадобилось около сорока минут чтобы признаться, что она мечтает работать в убойном, около двух часов, чтобы рассказать о том, как ее недооценивают коллеги, еще через час начались рассказы о семье. Обычная история: прадед был копом еще в Ирландии, дед уже в Бостоне, отец был капитаном полиции на пенсии. Несколько поколений славных рыжеволосых воинов породили на свет четырех рыжеволосых девчонок и ни одного мальчика. Больше не было особой надежды на продолжение полицейской династии, пока младшая из них не заявила, что хочет пойти по протоптанным стопам предков.
[indent]Фрэнк изо всех сил старался скрыть свою скуку. Надо было признать, несколько вызовов, среди которых были семейная ссора, перестрелка в Чайна-тауне, пара задержаний наркоторговцев и бесчисленное количество штрафов для водителей, немного его развлекли. Но он не мог дождаться, когда вернется к настоящей работе.
[indent]Дело Троя Бишопа как раз было таковой. Оно досталось ему за пару месяцев до этого, в таком виде, что впору было сразу нести его в архив. По всему выходило, что Бишоп был разносторонне развитой личностью, поэтому от него успело пострадать множество людей и, как следствие, множество копов. Коллеги перекидывали его дело между собой как в старой детской игре: "Горяча картошка, горячая картошка! Ой, не урони!". Только тогда у полиции не было даже имени, но кто-то из его задержанных друзей назвал фамилию мужчины как прозвище, которое поначалу и использовалось в деле — Епископ.
[indent]А потом Бишоп вроде как пропал с радаров, и когда полиция могла надеяться только на чудо, оно вдруг произошло. Объявилась его жена. Этого было достаточно, чтобы связать недоделанного культиста и Троя Бишопа, съехавшего с катушек психопата из пригорода, опьяненного своей внезапной популярностью. Его исчезновение считалось чем-то вроде паузы, небольшой форой перед задержанием. Фрэнк знал, что рано или поздно парень где-нибудь засветится. Так и вышло, но то, что из всех дней в году он выбрал именно этот погожий апрельский денек, детектив не мог ему простить.
[indent]Ориентировку прислали еще до обеда, и Фрэнк очень, чертовски хотел поехать один. Но прилипчивая полутораметровая Андерсон смотрела на него своими голубыми не-разочаруйте-меня-детектив глазами и он согласился поехать вместе с ней, всю дорогу посвящая ее в дело.
[indent]И вот, они были здесь, приехали на готовенькое.
[indent]— Нужно вызвать скорую? — учтиво поинтересовался Нолан у нового знакомого. — Эвакуатор? Успеет приехать, пока ребята из подкрепления будут брать у вас показания.
[indent]До прибытия новой порции полицейских было не больше десяти минут. Андерсон как раз вышла из хибары Бишопа, перегнулась через перила и распрощалась с завтраком. А вот это становилось интересно. Фрэнк услышал, как сидящий в машине Трой расхохотался, и зашагал к хижине. Не глядя сунул напарнице платок и шагнул внутрь. К запахам и грязи он был привычен, а вот истерзанные тела на полу каждый раз воспринимались как в первый.
[indent]"И долго он тут с ними прожил?"
[indent]Детектив вышел на крыльцо и прокашлялся. Открыл было рот, чтобы отдать Андерсон распоряжение вызвать еще и судмедэкспертов, а затем передумал, сам дошел до машины и взял в руку рацию.
[indent]— Диспетчер, у нас тут...
[indent]— Наш крестный ход осветят огни! И моя паства выйдет на улицы, чтобы приветствовать своего пророка!
[indent]День обещал быть длинным. Фрэнк пока и не представлял себе, насколько.

О   П Е Р С О Н А Ж Е

---

Единственный сын Зева с Геры - такой талантливый и сильный. Но не такой, как его прекрасные родители, братья и сёстры - с изъяном. Это отравляет жизнь на Олимпе и делает его ещё более искусным Мастером, потому что всем божественным забавам он предпочитает работу, работу и ещё раз работу. Для него всегда находится заказ, поручение, просьба, но он при этом вечный изгой.
Это лишь его ощущения или реальность?
Афродита подливает масла в огонь. Гера нашла дивную жену для своего сына, настоящую красавицу. Афродита ветреная и падкая на внешнюю красоту, вечно в погоне за собственным отражением, не могла смотреть на уродливого, по ее мнению, супруга без отвращения. А Гефест не мог прощать измены.
Или это всего лишь его собственные мысли? И он сам никак не мог простить себе изъянов, которые не были его виной, которые не делали из него Чудовище. Чудовище из себя делал он сам.
Давно прошли времена пышных пиров на Олимпе, погасли огни в храмах, а он продолжал трудиться, выковывая чудесные вещи. Покровитель кузнечного дела, скульпторов, подобный вулкану в своем гневе — слонялся по земле хмурый, мрачный, грубый, ждущий предательства от каждого.
А вот люди ему все же нравились. Их изобретение бракоразводного процесса он вообще воспринял с редкостным воодушевлением и закончил, наконец-то, этот нелепый союз с богиней любви и красоты: где он, а где она?
Огонь в кузне перестает гореть, он тлеет, как и вдохновение Гефеста.
Ему скучно ковать очередное оружие.
Ему скучно играть в модного скульптора.
Ему скучно.
Когда богам скучно, случается что-то ужасное.

О Б Е Щ А Н И Я

---

Хочу очередную вариацию на Красавицу и Чудовище, но с тем нюансом, где не очень понятно, кто из них кто. Мастеру нужна Муза, Музе нужен Мастер, но у каждого за спиной целый ворох обид, болезненного опыта, обманов и предательств. Поверить и довериться - намного сложнее, чем флиртовать со всеми (для Галатеи) или вести себя нарочито грубо (для Гефеста). Никто из них не видит себя со стороны.
В этой ситуации я вижу больше как Чудовище Галатею на самом деле, хотя, по формальным внешним признакам, им должен быть Гефест. И он себя именно им и чувствует.
Кроме меня достаточно греческого драматического театра на форуме, так что без игры вас не оставим, сюжеты будут разноплановые я надеюсь

С В Я З Ь   С   В А М И

---

Пожелания на игру: пост в неделю-две, от третьего лица и без лапслока. Не требую общения 24\7, но придумывать совместно сюжеты и обмениваться какими-то ассоциациями для меня важно.
Связь: гостевая
Права на персонажа: в случае возникновения конфликтов, недопониманий и т.д.  персонаж остается у заказчика и будет возвращен в акции

пост заказчика

Галатея в этот момент была полной противоположностью холодной и непоколебимой красоте Дивы, которая хирургическим скальпелем отделяла тревогу от своего сознания и, более того, пыталась унять страх самой музы. Она же чувствовала себя готовой упасть и распластаться на полу прямо здесь и сейчас, заломив руки в лучших традициях древнегреческой трагедии.
В финале все умрут.
Но это время прошло. И финал разбивался об холодное спокойствие хозяйки вечера. Галатея не находила места рукам и мыслям, не находила воздуха, чтобы описать все эмоции и чувства - её переполняло, а от этого по особняку вот-вот волной прошлась бы ещё одна вышедшая из-под контроля сила. Но она пока держалась, пока скользила взглядом от картины к телам, от тел к такому понятному и спокойному собранию прекрасных вещиц, которые хранились здесь. Они внушали некое спокойствие, пытаясь шепнуть встревоженной гречанке: "Время всё равно всё настигнет и расставит по местам, трагедии обретут страницы, но потеряют имена".
И всё же её бросало то в жар, то в холод. Запах крови бил в нос неприятной солоноватой металлической ноткой, ввинчивался в сознание и застилал всё воспоминаниями.
За долгую жизнь Тэя видела достаточно крови, достаточно смерти и боли, но каждый раз усиленно пыталась её забыть, будто никогда не встречалась. Будто не умирали те, кого она любила, то своей, то насильственной смертью, будто не оказывались её собственные руки в ещё теплой крови тех, кого она никогда не вернёт и кто откидывал её в холод печали мрачного Аида. Будто сама она не горела, будто ведьма, от человеческой глупости и ограниченности, пытающихся красоту обуздать мечом.
Она подняла мутный взгляд на управляющую, которая в своей строгости не казалась островком спокойствия, но была ожившей статуей сейчас, вместо самой музы - её страх парализовал, пусть и заметно это было едва-едва.
Что же, и гостья была не отсюда, и мужчина должен был быть не здесь - веяло тайной и загадкой. Веяло грустью. Галатея, внезапно, ощутила порыв той грусти, которая остаётся накатившим в горло комком без слёз, когда книга обрывается на самом трагическом моменте, но их история не завершена.
Время, тянущееся до этого лениво, будто замёрзнув и послушно замерев под строгим взглядом Дивы, вздрогнуло от крика, остановилось совсем, а потом понеслось, будто бы сжатую до предела пружину отпустили. Галатея почувствовала, как её буквально выносит из подсобки.
Гостям нужна была помощь, гостям нужна была легенда, которая помогла бы продолжить верить в перфоманс и сказку, в искусственный интеллект и любое жульничество, но только не в правду, не в осязаемость потустороннего, не в реальность магии.
Муза сглотнула и кивнула Диве - пусть так, её волнение в сложившейся ситуации нет смысла унимать, превращаясь в зеркальное отражение хозяйки. Она останется её противоположностью - комком эмоций, напряжённым нервом, но именно это сейчас и можно было использовать, чтобы успокоить толпу.
Гости заметно переживали: кто-то ещё посмеивался, веря в то, что всё часть постановки, но крик заставил вздрогнуть всех и одновременно обернуться в сторону закрытой двери. Раньше казалось, что это часть вечера, немного странный ход, но вера в то, что Дива им преподнесёт самый изысканный сорт удовольствий, перевешивала, пока откуда-то не потянуло липким ужасом, тем самым настоящим, который парализует сразу же, который хуже любой простуды - разносится по воздуху моментально, поражая каждого и проникая внутрь. Глаза остекленели в ожидании, что произойдёт дальше.
- Дамы и господа! - волнующимся и почти срывающимся голосом произнесла муза. - Добро пожаловать в ужас! Двери между мирами открыты, а ваши настоящие страхи, - не те желания, которые мы игриво воплощали ещё недавно, - уже рвутся на волю! Хэллоуин, самый мистический и самый ужасающий праздник приветствует вас в стенах особняка и вечера несравненной Дивы!
Ужас слегка поёжился от слов, почувствовав и поддержку, и получив, внезапно, на себя клоунский колпак шоумена, свернулся в глазах любопытством - гости всё ещё помнили крик, всё ещё обсуждали, но теперь они хотели знать, что ждёт их дальше.  Они слышали о гастро-перфомансе, но это, как будто, был сюрприз.
Шёпот полетел по толпе, а Галатея на секунду выдохнула, стараясь следить за звуками и ощущениями - толпе сейчас нужно было вдохновение и вера в то, что непременно что-то случится. И то, что случится - того не должно быть, то исчезнет с рассветом.
Но сейчас - любой их страх был частью захватывающего вечера, любое происшествие - театральной сценой.
Хотелось верить, что с поваром всё хорошо, что она пока жива, а Дива сможет быстро попасть в тот зал. Что делать с распоясавшимся проклятьем муза, к сожалению, не знала - магия была слишком разнообразной и разноплановой, чтобы её можно было понять и изучить раз и навсегда. Она же и вовсе пользовалась чужими дарами, брала их взаймы, но всякий раз возвращая обратно, как ребёнок, который доставал и клал обратно на полку игрушку.
Из своего у неё было лишь вдохновение. Вдохновение прокатилось по толпе общим вздохом предвкушения. Того предвкушения, с которым ждут удар, но не боятся его, а вожделеют. Взгляды всё ещё оборачивались туда, откуда не так давно донесся крик, но он их больше не пугал.
Свет подмигнул, игриво прокатился искрами по хрустальным люстрам, скользнул электрическим разрядом по экранам и, кокетливо щёлкнув, погас, оставив толпу в темноте.
Темнота пришла настороженно, дыша ожиданием, распаляя фантазии и заставляя губы гостей приоткрыться во внезапном вздохе, вырвавшимся против их желания и воли.
Но в темноте никто не увидит и не узнает.

О   П Е Р С О Н А Ж Е

---

Чарльз Монтегю — мужчина, в котором порода и магическая сила видны с первого взгляда. Высокий (под метр девяносто), подтянутый, с идеальной осанкой аристократа. Седые виски контрастируют с темными волосами.

Одевается безупречно: дорогие костюмы ручной работы, запонки с бриллиантами (собственного производства, многие из них — слабые артефакты защиты).

У него усталые глаза человека, который слишком много знает и слишком мало может изменить.

Чарльз родился в семье потомственных магов-артефакторов, но род пришёл в упадок за несколько поколений до него. Дар ослабевал, знания утрачивались, деньги таяли. Чарльз пошёл в бизнес, потому что семью нужно было кормить. Он построил империю с нуля. С первого завода, который купил на кредит под бешеные проценты и вытащил из убытков за год, используя магию для повышения качества продукции.

Элизабет появилась в его жизни, когда ему было двадцать. Она была дочерью обедневшего дворянского рода, жгучая брюнетка, красивая, харизматичная. Чарльз влюбился мгновенно и навсегда.

Чарльз знал о контракте с демоном, о даре очарования, из-за которого влюбился. Элизабет рассказала ему перед свадьбой, дав право уйти. Он остался. Он думал, что сможет защитить её от проклятия. Ошибся.

Они прожили вместе пять лет. Элизабет родила дочь и умерла через три дня. Чарльз держал её за руку, когда она уходила. Когда Элизабет умирала, она взяла с него слово: «Не ломай её. Не прячь. Не заставляй быть той, кем она не является. Я пыталась сдерживать дар — и ты видел, чем кончилось. Сдерживать дар нельзя. Можно только научиться жить с ним».

Чарльз сдержал слово.

Когда Кэсси впервые случайно подожгла штору (ей было шесть, она хотела рассердить гувернантку), Чарльз не стал ругаться. Он пришёл, потушил огонь обычной водой, сел перед ней на корточки и сказал:

— Это наш секрет, хорошо? Ты особенная. Папа тоже особенный. Но другие люди могут испугаться. Поэтому дома мы можем делать всё, что хочешь, а при людях — немножко прячем. Договорились?

Кэсси, конечно, согласилась. Она обожала секреты с папой.

Чарльз вырастил Кэсси один. Он думал, что если окружить её достаточной любовью и защитой, то это компенсирует отсутствие рядом с ней матери и ее любви. Поэтому он давал ей все, что мог: у нее были гувернантки, личные повара, собственный пони, автомобиль с шофером. Она ни в чем не знала отказа: любое «хочу» исполнялось раньше, чем она успевала договорить фразу. Папа научил ее главному: ты достойна всего самого лучшего, никогда не соглашайся на меньшее.

Он знает, что она капризная, ленивая, эгоцентричная. Он видит, что она прогуливает уроки у бабки-ведьмы. Он понимает, что она не воспринимает опасность всерьёз. И он принимает это. Потому что его задача — быть рядом, чтобы подстраховать, когда она упадёт.

Чарльз приезжает к ней по первому звонку, даже если он на важных переговорах в другой стране. Если Кэсси звонит в три ночи и говорит «пап, мне страшно», через четыре часа он уже у нее.

Он не ругает её за безответственность. Он пытается учить примером, но Кэсси редко слушает примеры. Она слушает только когда страшно или больно.

Чарльз знает: однажды ей станет страшно по-настоящему. И он хочет быть рядом в этот момент.

Чарльз знает, что его главная ошибка - излишняя мягкость в отношении дочери. Он не хочет, чтобы дочь его боялась. Он хочет, чтобы она его любила.

В результате Кэсси выросла избалованной. Она не понимает цены денег, не понимает цены магии, не понимает цены опасности. Она искренне считает, что папа решит любую проблему, потому что папа всегда всё решал.

И Чарльз знает, что это его вина. Но он не знает, как это исправить, не сломав их отношений.

О Б Е Щ А Н И Я

---

Кого я ищу:
- Игрока, которому интересны тёплые, доверительные отношения «отец-дочь» с оттенком драмы
- Готового отыгрывать внутренний конфликт: желание защитить vs необходимость отпустить
- Не против магической линии (магия, артефакты, возможный контакт с демоном)
- Способного на эмоциональные сцены и глубокий отыгрыш

Ищу игрока, с которым мы сможем отыграть тёплые, живые, иногда сложные отношения отца и взрослеющей дочери. Без абьюза, без тирании, с принятием и юмором. Готового к драме, если сюжет к ней приведёт.

С В Я З Ь   С   В А М И

---

Пожелания на игру: Что мы будем играть: много битого стекла и драмы; что-то флаффное и теплое, семейные вечера и т.д.; что-то ностальгическое из детства
Связь: Гостевая -> ЛС -> Тг
Права на персонажа: в случае возникновения конфликтов, недопониманий и т.д.  персонаж остается у заказчика и будет возвращен в акции/передан другому игроку

пост заказчика

Казино гудело, переливалось огнями и пахло дорогим парфюмом вперемешку с дешевым адреналином. А еще деньгами — старыми, новыми, честными и не очень. Кэсси терпеть не могла казино. Слишком шумно, слишком вульгарно, слишком много людей, которые думают, что имеют право пялиться на нее, потому что у них хватило денег на входной билет и пару фишек.

Но сегодня был особенный случай.

— Кэсси! Ты приехала!

Зои выскочила из-за служебной двери в перерыве между сменами, сверкая улыбкой и дурацким форменным пиджаком, который делал ее похожей на официантку из третьесортного отеля. Кэсси непроизвольно поморщилась — пиджак сидел ужасно, плечи топорщились, цвет делал Зою бледной. «Надо будет посоветовать ей хорошего портного, который перешьет это убожество», — мелькнула мысль.

Полгода назад они вместе выходили на подиум для «Versace». Теперь Зои почему-то решила, что жизнь модели — это скучно, и ушла в крупье.

«Экзотика, — объясняла она по телефону. — Адреналин. Понимаешь? Я в деле!»

Кэсси не понимала. Но подруга есть подруга. Тем более Зои была одной из немногих в модельной тусовке, кто не завидовал, не подлизывался и не пытался через нее пробиться к папе. Просто нормальная девшука, с которой можно посмеяться над диетами и обсудить странных парней.

— Ты шикарна, — выдохнула Зои, оглядывая платье. — Новый «Valentino»?

— Старый, — отмахнулась Кэсси. — Весенняя коллекция.

Зои закатила глаза:

— Ты невыносима.

— Я знаю. Иди работай, звездочка. Я тут посижу, понаблюдаю за твоими подвигами.

— Ты играть-то будешь?

— Боже, нет. Я лучше утоплюсь в этом фонтане, чем буду кидать фишки в компании этих старых плешивых козлов.

Зоя фыркнула и убежала обратно в зал. А Кэсси осталась у барной стойки с бокалом шампанского (самого дорогого, конечно, папа учил: никогда не бери дешевое, даже если не собираешься пить), лениво наблюдая за толпой.

Она отпила глоток. Шампанское было отличным — сухое, с тонкими пузырьками, именно так, как она любила. Папа приучил к хорошему вкусу. Папа вообще ко многому приучил.

***

Через час ей стало скучно до зубного скрежета.

Зои носилась между столами, профессионально щелкая фишками и очаровательно улыбаясь игрокам. Кэсси поймала себя на мысли, что даже немного завидует — у крупье есть дело, а она просто сидит и ждет, когда можно будет уехать домой и скинуть надоевшие туфли.

Она допила шампанское и почувствовала, что организм настойчиво требует посетить дамскую комнату. Бокал был не единственным, честно говоря. Плюс эти дурацкие коктейли, которые ей подсунула Зои «для настроения».

— Ладно, — пробормотала Кэсси, поднимаясь. — Схожу, поправлю макияж и, может, вызову такси.

Она выскользнула из-за бара и побрела по коридору в поисках туалета. Казино было огромным, и таблички с пиктограммами попадались редко. Ковровые дорожки глушили шаги, отчего возникало странное чувство — будто идешь по вате.

За очередным поворотом она увидела дверь с едва заметной надписью «WC».

Телефон завибрировал — папа.

— Как ты, милая? — голос Чарльза звучал мягко, но Кэсси слышала в нем тревогу. «Как и всегда» — закатила она глаза про себя, но внешне осталась невозмутима.

— Скучаю. Тут душно и противно. Зои в дурацком пиджаке, но счастливая. Я, наверное, скоро поеду домой.

Она прислонилась плечом к стене, рассматривая свой маникюр. Идеальный френч уже чуть отрос. «Нужно переделать» — мелькнуло на краю сознания.

— Хорошо. Я в Дрездене, завтра буду. Прислать машину?

Кэсси усмехнулась. Папа никогда не перестанет ее опекать. Это одновременно бесило и согревало.

— Сама доеду. Не маленькая.

— Я знаю, родная. Целую.

— И я.

Она убрала телефон, толкнула дверь туалета и...

...Шагнула не в кафельную прохладу дамской комнаты, а в пыльный полумрак какого-то подъезда.

— Что за... — выдохнула она и почувствовала, как внутри что-то оборвалось и ухнуло вниз.

Кэсси моргнула. Еще раз. Еще.

Она резко выдохнула. Потом еще раз. Пальцы сами потянулись к сумочке, нащупали телефон, вытащили. Экран загорелся — ни одного деления сети. Ни одного. И, тем не менее, девушка набрала номер отца и приложила к уху. Раздались короткие гудки.

— Папа? — позвала она тихо, просто на всякий случай.

Гудки.

— ПАПА?! — громче, с нотками зарождающейся истерики.

Гудки.

Кэсси сделала глубокий вдох. Потом еще один. Она не будет паниковать. Паниковать — это для простых смертных.

— Ладно, — сказала она себе под нос, поправляя волосы (хоть что-то в этом мире поддается контролю). — Ладно. Это просто... пространственная аномалия. Я читала о таком. Наверное. Или бабка рассказывала.

Она сделала паузу, перебирая в памяти обрывки ведьмовских уроков, которые так старательно прогуливала.

— Я просто... найду выход. Да. Найду выход и потом позвоню папе, и он купит это казино и закроет его нахрен за такие фокусы.

Звучало убедительно. Почти.

Она сделала шаг вперед по коридору и тут же замерла.

Она сделала шаг вперед по коридору, стараясь ступать осторожно — мало ли что здесь на полу. Ее лабутены здесь выглядели дико.

Впереди, в полутьме, стоял мужчина. Высокий, в дорогом костюме. Он выглядел так же растерянно, как она себя чувствовала.

— О, — вырвалось у Кэсси почти с облегчением. — Вы тоже здесь? Значит, мне не показалось.

Она подошла ближе, разглядывая незнакомца.

— Вы не подскажете, где мы находимся? — спросила она тоном, каким обычно разговаривала с прислугой.  — А главное — как отсюда выбраться? Потому что если это чей-то глупый розыгрыш, я обещаю, что папа... ну, в общем, вам лучше не знать, что сделает папа.

«Звучит как угроза пятилетнего ребенка», — отметила она мысленно, но отступать было некуда. кассиопея сделала еще шаг, оказавшись почти рядом.

— И если у вас есть телефон, который ловит сеть, я заплачу любые деньги, — добавила она на всякий случай, на мгновение закусила губу и заставила себя улыбнуться той самой модельной улыбкой, которая обычно открывала любые двери.

Даже если эти двери вели непонятно куда.

О   П Е Р С О Н А Ж Е

---

У наших семей свои бизнес-империи в городе. Они враждуют за власть и признание быть первыми в своем деле уже много лет, всегда стараясь поставить палки в колеса в любых конкурсах. Из-за этого и мы ненавидели друг друга еще со школы. С самого детства нас сравнивают, сталкивая лбами, пытаясь понять, кто лучше. Но времена меняются, как и мир вокруг, светские и другие мероприятия никогда не проходят без нашего участия, мы всегда желанные гости, всегда в центре внимания, каждый представляя империю своих родителей.
В глазах других, мы враги, которые общаются сквозь зубы и оскал, похожий на улыбку, каждый раз, когда нас просят встать рядом для очередного фото. Мы медийные личности, вдалеке от правления, и где-то в глубине души каждый из нас хочет, чтобы так было всегда.
Все меняется в один миг, когда по дороге с очередного мероприятия, на мою машину совершается покушение, и меня серьезно ранят, а ты, по какому-то странному совпадению решаешь покинуть вечеринку следом за мной и проезжая по той же дороге, видишь мою машину, которая полностью расстреляна.
Ты сам вызвал скорую и проследил, чтобы меня отвезли в лучшую из клиник, ты сам вызвался стать донором, когда узнал, что у нас одинаковая группа крови и ты сам проплатил медперсоналу, чтобы те скрыли эту информацию. Зачем? Только одному тебе это известно.
Я узнаю об этом в день выписки, совершенно случайно от молодой медсестры, которая решила, что ее флирт это лучшее что мне сейчас необходимо, а получив отказ, бросила в сердцах эту информацию.
С того дня все изменилось. Тайна осталась при нас. Никто не осмелился сказать друг другу правду. Только оскал сменился на улыбку.

О Б Е Щ А Н И Я

---

вайб

заявка как набросок, описывающий планируемый сюжет, но готовый двигаться и меняться в любом направлении.
ищу себе партнера с характером коннора сторри вперемешку с ильей розановым

С В Я З Ь   С   В А М И

---

Пожелания на игру: я игрок не быстрый, но горящий за эту идею, поэтому можно обсудить скорость по постам, не обещаю спидпостинга, но пост в неделю обеспечу (это все же в моих интересах)
прошу говорить, если что-то не так, хочется поменять или дополнить
и очень прошу не уходить по английски
Связь: сперва ЛС, а там решим
Права на персонажа: в случае возникновения конфликтов, недопониманий и т.д.  персонаж остается у заказчика и будет возвращен в акции/передан другому игроку

пост заказчика

На телефоне, звук которого Кит так и не научился отключать по ночам, боясь пропустить что-то важное и срочное, заиграла знакомая мелодия, означающая только одно - снова произошла какая то херня, которую теперь ему опять придется разгребать за остальными. С тех самых пор, когда отец сделал его главным, отдав бразды правления младшему, Холландер то и дело старался выстроить рабочую цепочку так, как считал правильным, вот только он не учел с какими идиотами ему приходится работать, ведь отец не заморачивался по подбору персонала, главным критерием которого было умение не навалить в штаны если придется идти ва-банк.
Поэтому сейчас, собрав вокруг себя не самую лучшую "интеллигенцию" Киту приходится справляться с тем что есть. Проведя пальцем по экрану, где все еще виднелась надпись "Ищейка", младший вздохнул перед тем как ответить: - Если ты звонишь сказать, что опять облажался, то лучше сразу вали из страны, потому что я тебе голову сверну...., - он не успевает договорить, слыша в трубке потасовку и чей то крик, - твою мать, что происходить?
Но ответа не следует, слышаться короткие гудки. Он машинально набирает номер, но милая девушка в трубке сообщает, что "абонент не абонент и лучше идите к черту".
- Да блять, - злость вырывается наружу, заставляя с размашки зарядить кулаком по ночному столику, от чего одиноко стоящий стакан, падает на пол с тихим звоном, разливая остатки содержимого. Повторный набор не приносит ничего стоящего и уже телефон в руке начинает жалобно трещать от напряжения, и казалось бы, мгновение и развалиться пополам, но новая мелодия спасает ситуацию, заставляя Кита слегка поморщиться от надписи высвечивающейся на экране.
- Тебя только не хватало,- он бурчит, но все же снимает трубку, рявкая в нее, - что? Возможно боги, которым он молился еще несколькими минутами ранее, все же услышали, ведь на другом конце провода послышался знакомый голос его "ищейки", тараторившей в невпопад о том, что они смогли добраться до поставленной цели, которую ставил старший Холландер, и что теперь у них есть один из русских, который точно поможет выведать всю необходимую для них информацию.
Следует короткий гудок, завершающий ответ и телефон издает пищащий звук, оповещая о пришедшей СМС.
"Нортон драйвен роуд, 57, заброшенный завод, въезд со стороны двора".
Как бы не старался младший Холландер, отец продолжал за его спиной дергать за свои нити, не думая  о последствиях. Не позволяя сыну разрешить войну своими, более мирными способами, прибегал только к жестокости и кровопролитию. И этот русский явно не станет исключением. И повезет, если он будет не тем, по ком будет страдать русская мафия, оплакивая его смерть, ведь кроме нее, того ничего хорошего не ждало.

Дорога до нужного места была короче, чем предполагалось, заняв каких-то пол часа по пустынным улицам Лос-Анжелеса, который обычно не спит в такое время. Кит завернул в переулок, оставляя машину в темноте, и двинулся на свет, мелькающий из заржавевших от времени железных амбарных дверей.
- Если я приехал сюда не ради чего-то стоящего, я выпущу всю свою обойму в каждого, кто здесь находится. Ему было плевать на то, что кроме его людей в амбаре находился посторонний, все равно тому не долго оставалось быть на этом свете.
Тяжелый английский с русским акцентом разрезал пространство пустого помещения, отражаясь эхом в бетонных стенах. Кит точно слышал его ранее, вот только понять бы где. Мальком, невысокий парень, старше Холландера на лет десять, напоминал уличного хулигана, пытающегося казаться крутым, но на деле выглядел нелепо с огромной цепью на своей шее, напоминающей ошейник, чем украшение. Не зря отец прозвал всю эту шайку цепными псами, где во главе стоял его родной сын.

Кит стянул мешок с головы похищенного и на мгновение замер, не веря не то что своим глазам, а в принципе всему, что здесь происходит. Это явно какой-то блядский кошмарный сон, из которого ему непременно нужно поскорее выбраться. Ведь перед ним сидел ни кто иной, как Виктор Розанов, сын главы мафии, за которого не то что яйца отстрелят, а спалят половину Лос-Анжелеса при том самим Китом Холландером насаженным на кол, или чем там еще русские занимаются в своей России.
Русский не унимается, выкрикивая что-то из своих уст, с которых  Киту сложно отвезти взгляд, пока он не замечает маленькую деталь от которой внутри просыпается неизведанное ранее чувство, отдаленно напоминающее клокочущую ярость. Он стягивает перчатку со своей руки и проводит по краю губы большим пальцем, стирая проступившую кровь, которая еще не успела запечься и тут же отдергивает руку, как от огня, не в силах оторвать взгляда от голубых глаз, в которых бушует пламя. И как же ж, черт возьми он его понимал сейчас.
- Почему у него кровь на лице? голос Холландера звучит слишком загробно и неожиданно даже для самого себя. Парень разворачивается к своей "стае" просверливая взглядом каждого и ожидает ответа. Пальцы жгло от прикосновения и дикого желания кого-нибудь завалить прямо сейчас, чтобы спустить непонятную ярость, разрастающуюся в груди. Из-за спин парней показался силуэт бубнящий что-то про оказанное сопротивление, и невозможность сработать мирно, но как же Холландеру плевать на эти слова. Звук выстрела разносится эхом по зданию, заставляя остальных от неожиданности присесть, и только один падает с глухим ударом замертво.
- Когда я говорил, что хочу закончить войну мирно, я не просил похищать младшего Розанова, зато теперь, когда попросят крови с нашей стороны, мы можем предоставить это тело, - он опускает пистолет, зажимая обеими ладонями внизу и переводит взгляд на своего пленника, - итак, мистер Розанов, как мы можем уладить это недоразумение принося выгоду обеим сторонам?
Назад пути не было, теперь и Киту придется идти ва-банк, как и его отец, спасая хотя бы свою задницу, ведь он еще так молод!